Каникулы строгого режима

Ирвин захлопнул дверь. Выдох. Ещё один, глубже. Не помогает. Прислонился к холодной стене у лифта, чтобы почувствовать кожей хоть что-то. Пятно холода на лбу зафиксировалось и будто прилипло.

Каникулы начинаются сейчас. Но нет желанного облегчительного освобождения. Внутри я скован и напряжен. Куда сейчас? В отель! Однозначно в отель. Такси, молчаливый таксист, что непривычно для этого района Нью-Йорка и джазовые композиции Нового Орлеана в машине. «Хороший знак», - подумал я.

Хотелось белоснежного постельного белья. Но сначала горячая ванна. Нужна перезагрузка. Иначе каникулам не быть. Иначе они просто не имели смысла. Отель оправдал ожидания: и постель широкая, белая. И ванна. И тишина номера. Знаки. Голый я прошел в комнату и занырнул в кровать. Она меня приняла прохладными объятиями и обещанием будущего тепла. «Всё, релакс», - скомандовал я себе.

Осеннее утро в Нью-Йорке, городе возможных невозможностей. Я вытянулся в постели и почувствовал растяжение мышц ног. Я жив! Ну точно, жив. Это я! «Привет, Ирвин»,- усмехнулся иронично-радостно сам себе. Внутренний монолог не заканчивался. Куда я хочу? Было так странно задавать этот вопрос. В последний раз он звучал в прошлые каникулы. Давно-давно.

Я знал, куда я. Фотоаппарат привычно был по правому боку. На смотровой короне Статуи Свободы как всегда много людей. Господь, какое счастье! Я смотрел на людей со стороны, был тут, но не с ними. Один. И не один. Заполошная мать кормила ребенка мороженым, пытаясь следить за чистотой его курточки и видом с площадки. Влюбленная парочка, понятное дело, вообще не интересовалась видом, поглощая друг друга, как ребенок то мороженое. Достойная комплиментов ухоженная тройка старушек в белых кроссовках. О, как здорово пить эти впечатления. Коктейль из осеннего ветра, с проблесками солнца и искрами реальной жизни! Кровь снова зашевелилась и побежала. Господи, я живу!

После пешеходной полосы Бруклинского моста дико захотелось есть. Дайнер, по любому в дайнер! Даже в голове монолог пошёл с восклицательными знаками. Как вам описать этот кайф прихода домой? Красный стул у барной стойки, официантка в фартуке с горячим кофе в стеклянном графине. Сытная и непретенциозная еда, которую я хочу, которую просит моё нутро. Вот теперь точно я со мной. И камера как продолжение руки.

Фотографировать то, что радует глаз, а не то что... Нет, сейчас не об этом. То, что срочно само просит тебя: «Сними, не пожалеешь!». И ведь не пожалею. Фотографии с земли, с перил, нос к носу, или касательные, как выстрел. Лица и моменты, лучи и капли, пыль и всё, что создал Бог. Свобода. В Любви к миру. Каникулы.

… Он не знал, когда это случится снова. Но точно знал, что чувства полёта хватит на некоторое время. И оно мимолетно будет касаться кончиков ресниц при просмотре материала. Пришло время возвращаться. Он стоял у дверей.